Рассказ Как мы на самолете летали

минута на чтение

    Приезжаем на аэродром. Нас шефы-лётчики пригласили. Весь класс наш в один самолёт уместился. Прямо дом, а не самолёт! Хочешь — сиди, хочешь — стой, что хочешь делай! Валерка петь стал. Только когда загудел самолёт, он почему-то вдруг перестал петь.
— Летим уже? — спрашивает. — Или нет?
    Кто-то как закричит:
— Летим! Летим!
— Я боюсь, — говорит Валерка. — Зачем я только в кино не пошёл! — И зубами стучит.
    Я ему говорю:
— С непривычки это бывает.
— А ты раньше летал? — спрашивает Валерка.
— Я на катере ездил. А это почти что одно и то же. Мы с отцом с катера рыбу ловили.
    Вдруг выходит к нам лётчик. Улыбается, спрашивает:
— Ну как?
    Валерка как заорёт:
— Ой, идите за руль! Самолёт упадёт! — И заплакал.
    Лётчик смеётся:
— Не беспокойся. Там ведь ещё лётчик есть.
    Валерка перестал плакать.
— Эх ты, плакса! — говорит лётчик. — Девочки на тебя смотрят.
    Катя услышала и говорит:
— Мы на него совсем не смотрим. Мы в окно смотрим.
    А лётчик не отстаёт:
— Они даже смотреть на тебя не хотят; эх ты, трусишка!
    Мишка Колосов говорит:
— Чудак Валерка. Сначала пел, а потом стал бояться.
    Лёнька Скориков говорит:
— Это он, наверное, от страха пел.
    Тут самолёт на снижение пошёл.
    Вышли мы из самолёта.
— Эх, — говорит Валерка, — хорошо бы ещё покататься.
— Вот и прекрасно, — улыбается лётчик, — сейчас будем на вертолёте кататься.
    Я обернулся — нет Валерки.
— Где Валерка? — спрашивают ребята.
    Наверное, он в кино пошёл!..


Facebook Vk Ok Twitter Telegram Whatsapp

Похожие записи:

В то давнее время, когда мир наполнен был лешими, ведьмами да русалками, когда реки текли молочные, берега были кисельные, а по полям летали жареные куропатки, в то время жил-был царь по имени Горох с царицею Анастасьей Прекрасною; у них было три сына-царевича...
Когда началась война, Коля Соколов умел считать до десяти. Конечно, это мало считать до десяти, но бывают дети, которые и до десяти считать не умеют.     Например, я знал одну маленькую девочку Лялю, которая считала только до пяти. И то, как она считала? Она ...
И все-таки удивительно это — лес! Ели, сосны, ольха, дубы, осины и, конечно, березы. Как эти, что стоят отдельной семейкой на опушке: всякие — молодые и старые, прямые и кургузые, красивые и вовсе вроде бы не симпатичные на взгляд. Но почему-то сюда тянет. Тян...